aletheiaagathon

Category:

Человек есть деятельность

Немного удивительно, что только сейчас я задумываюсь о большом значении сленгов, жаргонов, «языков субкультур». Важную роль феминизма и борьбы за прав меньшинств, вносящих речь в поле общественного внимания, я для себя отмечал. А о том, что каждая большая группа ранее уже делала все это («чтобы мыслить нечто, его следует сначала назвать» - и придумывали, и вводили в обиход слова; вносили собственные смыслы и оценки), и это было важно для ее существования, отчего-то не думал.

А сейчас вновь сталкиваюсь с собственным незнанием, какими словами мог бы пользоваться для дальнейшего рассуждения. Легко сказать (хотя считаю важной для себя вехой), что марксистский подход в отмеченной диалектической паре на первое место ставит деятельность. Но как двигаться дальше? Несколько дней назад я употреблял словосочетание «потребность в деятельности», где на первом месте была «потребность». А как быть сейчас? Если деятельность – жизнь человека и ее смысл, то можно ли назвать это «желанием» и тем более «требованием» («поТРЕБностью»)? Представляется, что нет, поскольку «желание» выражает нечто пассивное, запрос вовне. Так же, и в еще большей степени, «потребность» подразумевает нужду в чем-то внешнем, требование от окружающего мира. «Деятельность» же при этом – активность сама по себе. «Желание» - пассивное, «деятельность» - активное, реализующее, двигающееся.

Пример с птицей на воле и птицей в клетке кажется хорошей сравнительной иллюстрацией двух подходов. Если на первом месте некие потребности, то золотая клетка (да и серебряная, и деревянная) вполне хороший вариант, если кормят регулярно и поддерживают нужный тепловой режим. А если еще иногда выпускают «размять крылья» в комнате, то чего и желать? Когда же на первом месте деятельность, то, разумеется, клетка не годится никакая, а равно и режим питания вторичен – важно, куда можно лететь, с какой скоростью, какое гнездо вить самому, каких компаньонов искать, и ложиться спать с заходом солнца, а не тогда, когда набросят на клетку покрывало.

Можно ли при этом считать, что всего лишь люди делятся на два типа: для одних важны потребности, для других - деятельность? Выбрав такой вариант, я могу как вернуться к схеме Маслоу (кто дорос до самореализации, тому важнее деятельность; всем остальным – потребности), так и выбрать множество других версий, будь то фрейдистская (где есть нацеленный на потребление оральный тип; есть анальный, стремящийся к удержанию и сохранению; и генитальный – схожий с самореализующимся человеком Маслова) или что-нибудь из современного популярного, вроде «соколов» и «ужей» Гандапаса. Но я к подобному суждению не склонен. Как писал и вчера, полагаю, что каждый человек начинает с деятельности, уже родившись, и далее всего лишь ищет варианты, как именно действовать.

В этом смысле деятельность требует («потребность») ресурсов, находящихся либо вовне, либо в самом человеке. У младенца собственных ресурсов почти нет, и он часто требует чего-то у окружающих его. По мере его роста он обретает способность взаимодействовать с природой напрямую, без помощи других людей. Это не исключает его требований (питаться по-прежнему нужно), но либо уменьшает их (младенцу нужны и еда, и помощник; взрослому достаточно только еды), либо модифицирует: не требуются помощники, чтобы накормить, но требуются такие, чтобы научить чему-либо. В этом случае мы сможем говорить не только о «пирамиде потребностей», но и о расширяющемся (в норме) круге деятельности. У младенца много требований, но мало деятельности. У взрослого человека меньше требований или они другие, при этом больше деятельности. Больше если не по объему, то во всяком случае, по числу доступных возможностей.

Здесь интересно вспомнить время от времени поднимающийся вопрос, отчего освоение космоса было очень активным в 1950-1980-х гг, а при этом и сейчас еще того уровня динамики не наблюдается. Интересно, потому что в рамках «потребностного» подхода ответ на вопрос «зачем осваивать космос» вряд ли существует. Поскольку что бы там в космосе кто ни ожидал, а получить это «нерентабельно». Намного «выгоднее» взять на Земле. В конце концов, даже если вдруг ресурсов станет мало, или захочется необитаемых пространств, то всегда есть вариант (регулярно озвучивающийся) уменьшить численность населения Земли: для истребления половины людей уже и все нужные технологии есть, а вот для того, чтобы взять в космосе хоть толику имеющегося на нашей планете – технологий нет, и неизвестно, будут ли. Поэтому, когда буржуазный («потребностный») подход получил большое преимущество на пару десятилетий, логично, что и темпы освоения космоса снизились, - потребности в космосе нет или почти нет. А вот деятельность – есть. Не буду употреблять слово «желание» в этом контексте, по уже описывавшимся причинам. Но если считать, что желание это неудовлетворенная потребность, то и деятельность можно делить на потенциальную (еще не осуществленную) и актуальную, реализующуюся. Соответственно, освоение космоса – это большой потенциал деятельности, который никак не может быть замещен конкуренцией с другими людьми: истребить хоть всех других, оставив за собой все наличные ресурсы, - космическая деятельность так и останется нереализованной в любом случае. Пространство, еду, деньги (если они кому-то нужны зачем-то в отсутствие других людей) можно получить посредством конкуренции, но вот космическую деятельность (и много других) путем такой крайней конкуренции реализовать не удастся.

Слово «стремление» мне не нравится почти так же, как и «желание», - в нем тоже еще слишком много пассивности, вынужденности, при этом обязательности, а я бы предпочел, чтобы слово соответствовало активности, подразумевающейся в «деятельности», и при этом выражало добровольность, свойственность самому человеку, соответствие его сущности. Поэтому за незнанием подходящих пока буду пользоваться обозначениями «потенциал деятельности» и «актуальная деятельность». По аналогии с марксовым «жизнь есть деятельность» буду говорить, что человек это переход от потенциальной деятельности к актуальной. Младенец это в наибольшей степени потенциал деятельности и в меньшей – актуальная деятельность. Чем более «человечна» его жизнь, тем больше потенциал превращен в актуально существующее.

В этом смысле, сравнивая разновидности общественного строя, мы будем в меньшей степени обращать внимание на «количество благ» (например, автомобилей на душу населения) и в большей – на актуализированность человека. Скажем, человек узко специализирован, например, 10 часов в день вынужден крутить одну и ту же ручку на фабрике, начиная с двенадцатилетнего возраста, и соответственно деформировано его тело, узок кругозор, неразвито мышление. Даже если он каким-то образом этим трудом зарабатывает не только на еду, но и жилье, и автомобиль каждый год, мы скажем, что его жизнь хуже, нежели у человека физически здорового, симметричного, развитого, образованного, имеющего досуг и интересующегося – даже если последний автомобиля не имеет вовсе, но берет в окружающей его среде все, требуемое для осуществления перечисленных видов деятельности. Критика феминистских требований доступа ко всем профессиям в этом случае лишена смысла: «шпалы носить хотите или вредным трудом заниматься? Делайте что-нибудь из того, что уже можете» - каким бы ни был труд, это потенциал деятельности, и требование доступа к его реализации естественно для человека, является его (нашей) сущностью.

В этом контексте интересно и то, что чем более узко специализирован человек, тем более он зависим от других людей, тем больше у него требований (потребностей). Если наш рабочий действительно представляет такой крайний пример, вроде описанных Марксом, когда с заменой станка выбрасывают на улицу, и другой работы выполнять даже не в состоянии, поэтому умирает с голоду, то в своей зависимости от людей он в самом деле подобен младенцу больше, чем взрослому человеку. Но в отличие от младенца, у такого рабочего уже и заложенный потенциал большей частью уничтожен.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic