aletheiaagathon

Category:

Три страны и эксплуатация

Учитывая написанное вчера – многие мои соотечественники совсем не против использования других людей – разумно рассмотреть, какие возможности предоставляет для этого государственный строй разных стран. Ну, чтобы каждый мог сделать выбор, на кого равняться, если еще не определился. Так как последние двести лет эксплуатация была обычным делом, то примеры найти легко. 

Оговорюсь, что чем обосновывается допустимость (или желательность) эксплуатации, не имеет значения. То есть должны ли, по его мнению, умные эксплуатировать менее умных, ловкие неумелых, сильные слабых, по праву рождения или еще как-то - неважно. Неважно, потому что даже гопники «обосновывают» «лоху», почему тот «сам виноват», почему это «справедливо», что он жертва. И в первую очередь потому, что всегда достаточно одного основания – «ты виноват уж тем, что хочется мне кушать» - остальные лишние. Ну, или не лишние (не просто же так «лоху» «обосновывают»), а просто выполняют другие функции, отличные от реального основания.

1. Человек равнодушно относится к подавлению и эксплуатации собственных сограждан или даже желает именно этого. 

В этом случае можно предложить вариант Англии 19-го века. На групповом уровне это, прежде всего, конкуренция государств и в меньшей степени предприятий (какие пошлины на каком рынке – решалось с помощью силы, будь это борьба североамериканских колоний за независимость или что-то другое). На индивидуальном уровне это конкуренция и спокойное отношение к голодным смертям даже десятков тысяч собственных сограждан (что говорить про фантастически далеких индийских ткачей, пусть их умерло от голода даже миллионы, а не десятки тысяч). Те, кто выживает, должны обосновывать свое право на жизнь перед теми, кто имеет власть. Мальтузианство («все равно земля никогда не сможет прокормить все население») было актуально тогда, будет актуально и сейчас – ресурсов всегда мало, особенно жадным. В качестве бонуса такой человек может получить величие страны (если оно ему важно). Как известно, Англия тех времен была если не самой великой державой мира, то одной из. Хотя «простонародье» там жило тогда хуже, чем в любой другой европейской стране (может быть, за исключением России, хотя не факт). Потому тогда и иронизировали, что понятие «национальное богатство» бессмысленно – страна богатая (во всех смыслах), а народ нищий. Совершенно в духе наших анекдотов про мясо, капусту и голубцы.

Величие страны, конечно, не гарантировано. Поскольку мы легко вспомним множество примеров, когда народ страны был нищ, «элита» богата, но и страна находилась либо в среднем положении, либо в ничтожном. Но каждый человек, выбирающий какой-то вариант, будет стремиться к приятному и греющему образцу. Поэтому на роль образца Англия 19-го века сойдет именно этим: и страна великая, и ее предприятия в привилегированном положении (в связи с большой военной силой и влиянием страны), и некоторые свободы (для некоторых), и «труд вознаграждается» (как минимум, у некоторых иногда), и многое другое, что мы и сейчас в блогах легко обнаружим,  – вплоть до того, что «хорошо, когда монарх, он о стране думает, а не о деньгах».

2. Человек неравнодушен к собственным согражданам (народу) и желает им благополучия (хотя бы относительного), но безразличен или злобен по отношению к другим государствам и народам.

Это, конечно, вариант национал-социализма. Я вчера на примере Германии его коротко и разбирал: угнетение и эксплуатацию по мере возможности выносим вовне, в другие страны, и совместно стараемся их «унасекомить» - силой или экономикой, или тем и другим. Внутри неравенство той или иной степени, разумеется, тоже будет, но предполагается, что каждый представитель «нижних уровней» сможет находить удовлетворение в том, что он выше даже средних (а то и высоких) «уровней» других народов. И при успешном проведении такой политики, оглядываясь назад на десятилетия, будет видеть, что его собственный уровень жизни рос, пусть и сам он по-прежнему оставался угнетенным и ограниченным.

3. Есть и эксплуатация своих граждан, и использование других народов, но большее значение, чем в первых двух случаях, имеет эксплуатация неграждан, живущих на территории страны. 

Это, конечно, США. Особенно 19-го века, но и последующих тоже. 

Вытеснение индейцев не отличалось от борьбы за «Лебенсраум», как ее пропагандировал Гитлер. Собственно, этот пример, скорее, и был одним из тех, на каких он основывался.

Рабы прямо эксплуатировались как неодушевленные предметы (в буквальном же смысле – даже в существовании души отказывали). 

Мигрантам доставалось, может, чуть меньше, хотя не факт. Будь это китайские рабочие, прибывавшие в США, и на костях которых проложены железные дороги (и не только они, конечно). Или те же ирландцы, которые стали считаться «полноценными белыми» только в двадцатом веке. 

Я упомянул китайцев и ирландцев 19-го века, потому что и то, и другое – случаи вопиющей эксплуатации, достаточно почитать об этом. При этом, разумеется, подобное сохранилось и сейчас: в первую очередь, это касается нелегальных мигрантов, но и легальных, пусть в меньшей степени, - тоже.

То есть понятно, что и первые два варианта эксплуатации США двести лет тоже используют. Те из китайцев, ирландцев и негров, кто был рожден на территории США после 1868-го года, становились гражданами, но эксплуатировались, как можно знать, тоже нещадно. По мере того, как внутри страны сопротивление эксплуатации нарастало, ее (благо, что военная мощь тоже выросла) стали переносить в другие регионы, в 20-м веке. Однако и внутри страны оно, конечно, не исчезло, и мы можем видеть, что по мере того, как все сложнее эксплуатировать другие страны (тот же Китай), нарастает напряжение и в самих Соединенных Штатах.

Всего лишь я не вспомнил ни одной страны, которая бы могла воодушевить, и которая при этом именно эксплуатацию неграждан имела бы как особенный и важный ресурс, да еще и на протяжении столетий. Какие-нибудь ОАЭ тоже используют труд мигрантов, но, во-первых, сравнительно с США, недолго, во-вторых, масштаб не тот, в-третьих, в отличие от США, они мало кого из моих соотечественников вдохновят. Некоторых вдохновят, но все-таки не многих.

Собственно, все три варианта и сейчас озвучиваются многими как желанные образцы, потому именно их и упомянул, будучи уверенным, что они многим понравятся. Заслуга этого поста в объединении вариантов и акцентировании внимания на источнике богатства (реальном или желаемом) всех трех примеров – чтобы тот, кто еще не определился, мог выбирать.

Ключевое условие для их одобрения: согласие с подавлением и эксплуатацией других людей. Тогда может подойти любой вариант. Каждый из них может быть в меру успешен, хотя, конечно, каждый из них предполагает борьбу: борьбу с эксплуатируемым, чтобы он оставался в этом качестве; борьбу с тем, кто еще не является эксплуатируемым, чтобы, таки, стал; борьбу с другими эксплуататорами, чтобы получить доступ к их ресурсам (скажем, как цари древности, когда от результата войны зависело, какой из двух царей станет рабовладельцем над другим, а какой – рабом победителя). У эксплуатируемых, естественно, тоже будет борьба: с другими эксплуатируемыми за то, чтобы занять положение, где гнет эксплуатации чувствуется не так сильно; с другими эксплуатируемыми, чтобы попробовать занять место их эксплуататора; ну, и с эксплуататорами, конечно. 

Такая постоянная борьба, правда, часто пугает даже тех, кто вполне согласен смириться со страданиями других. Борьба - это же всегда вероятность поражения и скатывания самому вниз иерархии – как с теми самыми древними царями или биржевыми дельцами Уолл-Стрит, предпочитавшими смерть плену; в смысле, банкротству. Но, как говорят мои соотечественники: «а ты что, думал, в сказку попал?». Потому желающему эксплуатации других людей разумно эту постоянную борьбу понимать и принимать.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic