aletheiaagathon

Categories:

О гордости, человекоугодии и критериях истины

Стремясь к истине, разумно задать вопрос: как я пойму, что истинное, а что нет?

Если я, как некоторые, буду утверждать «есть два мнения: мое и неправильное», то или разом впаду в грех гордыни, или буду очень этим рисковать. «Если  же согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его между тобою и им  одним; если послушает тебя, то приобрел ты брата твоего;
если же не послушает, возьми с собою ещё одного или двух, дабы устами двух или трех свидетелей подтвердилось всякое слово; если же не послушает их, скажи церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе как язычник и мытарь».

Собственно, уже в этом тексте есть указание, как быть: некоторых следует слушать и прислушиваться, а некоторых (язычников и мытарей) — нет. При этом если для человека воцерковленного ответ, таким образом, ясен, то как быть тому, кто колеблется, сомневается? Как ему отличить и понять, кого слушать, а кого нет? В двадцатом веке провели достаточно психологических экспериментов, какие многих привели к размышлениям, насколько разумно полагаться на мнения других и в каких ситуациях. Упоминанием некоторых экспериментов и закончу этот пост.

Испекают пирог, который с пяти сторон из шести сладкий, а с последней – очень горький и невкусный. Дают попробовать одному ребенку, поворачивая сладкой стороной: «Какой пирог? – Сладкий!»; второму тоже сладкой: «Какой пирог? – Сладкий!» и так пятерым. Наконец доходит очередь до шестого: «Какой пирог?», тот морщится от отвращения: «Сладкий»; «Еще будешь? – Нет!!». 

Взрослым людям показывают две нарисованные черты, из которых одна (скажем, «1») вдвое короче другой («2»). 5-7 «подсадных уток» по договоренности с экспериментатором сообщают заведомую ложь (дети в первом примере говорили правду, подвох был в другом, а здесь взрослые способны на уверенный обман) и говорят: «Конечно, номер 2 короче! Это очевидно!». Последний, над которым и проводится эксперимент, как правило ( в 90% случаев и чаще), повторяет заведомую ложь и соглашается, что короче именно вторая. Если из семи «подсадных уток» хотя бы один противоречит остальным и сообщает правду, то и подопытные утверждают правду чаще (по данным разных экспериментов, в 17-40% случаев). Однако большинство подопытных по-прежнему повторяют ложь вопреки тому, что видят сами.

Знаменитый эксперимент Милгрема. Полагаясь на другого человека, подопытные готовы были причинять намного больше боли жертве, чем когда принимали решения самостоятельно. Когда другой человек казался «авторитетным» и «знающим», то были готовы мучить жертву до ее сердечного приступа.

Значимость этих экспериментов тем выше, что каждый из них подтверждает то, что нам известно и без них: другие могут обманывать из корысти; из страха; желая «подшутить»; добросовестно заблуждаясь; не задумываясь сами, а повторяя за другими; ошибочно рассуждая; ошибочно воспринимая; или просто будучи слепы (порой буквально) – и этим список причин для сообщения лжи не ограничится. И при этом я могу вспомнить ситуации, когда я повторял за другими то, что они сообщали, даже полагая это сообщенное неверным или просто сомневаясь в нем. Повторял либо из тех соображений, что уже перечислил выше как мотивы действия «других», либо сомневаясь в себе: «а кто я такой? Они знают, они умнее, их больше. А я могу заблуждаться, я и сам не до конца уверен».

И если для уже воцерковленного человека очевиден ответ, кому и насколько можно доверять, то в случае с тем, кто лишь сомневается, вопрос остается в силе: как в стремлении к истине ему избежать и гордыни, и человекоугодия?

А мы из истории знаем и ситуации раскола в Церкви, когда даже христианам требовалось принимать решение, кому они будут верить и доверять.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic