aletheiaagathon

Categories:

Как я оцениваю правителей

С одной стороны – «как все». То есть по свободе, реализации людей, увеличению демографического потенциала, численности населения, богатству, производству, военной силе и так далее.

С другой стороны, в отличие от большинства мне известных людей, я оцениваю не только «здесь и сейчас» во время их правления, но и отложенно – каким было общество спустя 20-50 лет после начала их правления и спустя 20-50 лет после его окончания.

Такая моя оценка связана с тем, что я считаю иллюзией представление о могуществе правителей. Ни один из них не может сделать больше, чем способны те, кем он управляет. Благодаря способности пробудить силы и правильно организовать он может добиться роста эффективности. Но даже здесь стоит понимать, что влияет он на десять-двадцать человек, с кем непосредственно контактирует. Ну, пусть на сотню-три. Если воодушевляет на митингах, как Гитлер или Кастро (выполняет функции поп-звезды-пропагандиста), то на несколько тысяч время от времени. Все остальные действия будут зависеть от того, как его указания воспримут и реализуют те, кто ниже его в управленческой иерархии.

В силу этого я и говорю не столько о правителях обычно, сколько о «правящей группе». А когда обсуждаю «правителя», то для меня это, как правило, уступка тем, с кем я беседую. И если таких уступок не делать, то и заголовок этой публикации можно изменить на «Как я оцениваю деятельность правящих групп». А оценивая деятельность «правящих групп», я признаю значимость их роли для формирования и воспитания «подчиненных».

Правящая группа создает условия, под которые подстраивает свою жизнь человек. Будь это глобальные решения, как война или индустриализация с полным напряжением общественных сил; или будь это несколько незначительных решений об изменении системы образования. То или иное становится более выгодным либо менее – а выгода то, что учитывает в своих решениях человек. Тот или иной тип характера возносится на вершину – чтобы с него брали пример, как приматы в стаях подражают вожаку, и чтобы сам он воздействовал на поведение остальных. Это влияние оказывается на жизнь и взгляды каждого человека, пусть кто-то к нему менее восприимчив (в силу собственных твердых убеждений или удаленности от общества), кто-то более. При этом наибольшее влияние оказывает на тех, кто только формирует свою личность, то есть детей, подростков и юношей. И поэтому я полагаю, что по-настоящему значимые последствия принятых решений проявляют себя только, когда в пору зрелости и управления жизнью входят дети, воспитанные конкретной правящей группой.

То есть, хотя в иные времена мы знаем шестнадцатилетних командиров полка и двадцатисемилетних министров, всякий раз это исключение. Точно так же, как восьмидесятилетние старцы обычно слабы и озабочены функционированием собственного организма больше, чем влиянием на общественную жизнь. Хотя и тут мы без труда вспомним исключения, а еще больше тех, кто и до 70-80 не дожил. При этом в расцвет своих общественных сил человек входит обычно не ранее 30, чаще к 40, а наибольшее влияние в обществе приобретает к 50-60. Отсюда разумно сформулировать правило, что жизнь в обществе определяется 30-70-летними, а те, кто моложе или старше, представляют собой исключения. И то, что в мирное время стариков-исключений (старше 70) больше, чем молодых исключений, ситуацию не меняет, а отчасти уравновешивается обилием молодых исключений (моложе 30) при фундаментальных перестроениях общества.

Если считать, что всякие фундаментальные решения, принятые правящей группой, оказывают наибольшее влияние на юных (от 0 до 20 лет), то и настоящие последствия их деятельности мы можем увидеть лишь, когда вырастут и вступят «в силу» воспитанные ими. То есть самое раннее – через 10 лет (когда хотя бы двадцатилетним исполнится тридцать), а на самом деле даже 20 лет еще очень рано, поскольку 20-летним исполнится сорок, и они, конечно, уже будут входить в силу, но не все, а тем более что говорить о тех, кому едва исполнится двадцать (кто был младенцем при правящей группе, которую мы рассматриваем). Поэтому я определяю период в 20-50 лет: с одной стороны, даже младенцам будет уже пятьдесят; с другой стороны, 20-летние подберутся к верхней планке в 70 лет; с третьей стороны, их влияние будут уже существенно уравновешивать и «разбавлять» «дети последующих правлений».

Проиллюстрирую примерами. В примерах буду указывать имена «первых лиц государства», но, как уже пояснял, мое личное мнение будет отражаться словосочетанием «правящая группа». А «первых лиц» буду упоминать в качестве дани существующему обычаю, для краткости, а заодно и для яркости: «влияние Сталина» звучит более внушительно, чем «влияние правящей группы 1924-1953 гг».

Годы правления Николая Второго – 1894-1917. Отсчитав двадцать лет от 1894-го, получим 1914-й. То есть если Русско-японская война в значительной степени наследие предыдущих эпох, то за Первую мировую ответственность несет и он сам. Равно как и за 1937-38-й или победу в Великой Отечественной войне и запуск человека в космос: и «сталинские репрессии», и научные достижения осуществлялись теми, кто либо был рожден, воспитан и обучен в правление Николая; либо теми, кого учили и воспитывали «дети николаевского правления». Таким образом, помимо того, что обычно связывают с его временем (и что я обычно делю с предшествовавшими), последствиями правления Николая я считаю события с 1914 по 1967-й годы.

Сталин правил с 1924-го по 1953-й. Первые годы, как уже ясно, я считаю в значительной степени наследием предшествовавших эпох, а с 1944-го по 2003-й – время «детей сталинского правления». То есть такой взгляд отчасти снимает ответственность за довоенные репрессии, при этом и нивелирует вклад в самую большую победу двадцатого века. С другой стороны, космический прорыв это в том числе его эпоха. С третьей стороны, может, и не случайно, что 90-е были более жестоким и бесчеловечным временем, чем последующие годы.

Время правления Брежнева – 1964-1982-й годы. Следовательно, «дети его правления»-  это с 1984-го по 2032-й, то есть можем видеть и сейчас. Продолжающееся разрушение отношений с Китаем (пусть и доставшееся в значительной степени по наследству от Хрущева) привело в конце концов к полной потере того огромного рынка, а значит, и предопределило политический и экономический проигрыш США, а вместе с этим обусловило и распад СССР. Хозрасчет, в разных формах активно внедрявшийся и при Хрущеве, и при Брежневе, к середине 80-х приобрел характер стремления к «рыночным реформам». А современную эпоху с «застоем» сравнивают очень много известных мне людей.

Логично сделать вывод, что с такими же мерками я подхожу и к оценке деятельности нынешнего Президента. Да, «наведение порядка» в нулевые, налог на полезные ископаемые, обеспечивший наполняемость бюджета (и слом сопротивления «олигархов», пришедшийся также на первый срок его правления) – важные заслуги, которыми список его достижений и не исчерпывается. При этом и то, и другое, и третье – было сформировавшимся общественным запросом в то время и осуществлялось бы так же, вероятно, и условным Примаковым. Поэтому, не умаляя заслуг в этом (ожидаемое и желаемое многими еще следует суметь осуществить, и не всякому удастся), в значительной степени перераспределяю их в пользу предшествовавших эпох. А подлинные результаты «путинского правления», я считаю, мы еще только-только начали наблюдать: с августа 2019-го или января 2020-го. И настоящую оценку дадим (дадут другие) спустя то ли 54 года, то ли 60 лет.

Соответственно, если я переживу нынешнего Президента, и тем более если я доживу до упомянутого срока в 2074-й-2080-й годы, то моя оценка его деятельности будет зависеть от того, что я буду наблюдать сейчас и впоследствии, после его ухода с высшего поста. Если вдруг в этот период страна распадется, я скажу, что большой вклад в это внес именно он. Если вдруг в этот период страну ждет процветание, я скажу, что в этом большая его заслуга, пусть он уже и не будет давно «первым лицом».

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic