aletheiaagathon

Categories:

Оправдание "советского невроза"

Когда я пишу «назидательные» посты, то обычно чувствую собственную несправедливость. Во всяком «назидании» слишком много однозначности. А как же «с другой стороны», которое очень важно для любого взвешенного суждения? Поэтому сегодня посвящу текст оправданию и демонстрации полезности советского «комплекса неполноценности».

Комфортно чувствовать себя, находясь на десятом или шестидесятом месте, - привилегия мирного обеспеченного демократического времени. Нет войны, нет тирана-самодура, нет гордых и пренебрежительных дворян, брызгающих грязью и хохочущих над этим. 

Первое означает, что в безопасности жизнь, здоровье и собственное имущество. Налоги невысоки или хотя бы обычны, и не приходится особенно беспокоиться насчет лихих людей. Второе означает, что жизнь сегодня течет, как вчера, а значит, привычна и комфортна. И если изменения и происходят, то небольшие и постепенные, с которыми тоже легко свыкаться, и какие преимущественно улучшают жизнь, и это становится ясно сразу. Третье означает, что в порядке чувство собственного достоинства и свобода самому распоряжаться своей жизнью. И единственное насилие над человеческой природой – обязанность трудиться. Да и та либо нетяжела в силу привычки, либо даже доставляет удовольствие, а то и вовсе становится самореализацией – осуществлением собственного смысла жизни.

В таких благодатных условиях какое может быть беспокойство от того, что не первый, а десятый или сотый? Ну, есть где-то первый – молодец, наверное. Хотя и какая разница, первый он или второй. Вот кабачок уродился – это замечательно. Дети растут умницами – еще лучше. А кто там первый? Да поди их разбери.

В таких условиях, конечно, можно погордиться, что дом не хуже, чем у соседей, а крыльцо так даже и лучше – сам строгал. Или выпить кружку эля, радуясь за товарища, который плюнул дальше всех остальных. Но понятно, что мягкая постель и отсутствие гвоздей в своем сапоге все-таки намного важнее. А кто там где-то первый, до сих пор и не вспомнили, потому что кому какое дело.

А теперь начнем поочередно убирать каждое из хотя бы трех выделенных «благодатных» условий.

Появились хулиганы, которые кичатся своей силой (может быть, подкрепленной и законодательно), и самоутверждаются друг перед другом, унижая остальных. Еще и табель о рангах сделали соответственную, где пятнадцатое сословие и бьют, и плюют, а вот уже десятое пороть могут не больше двух раз в неделю и то розгами, а не кнутом. Сначала будет разумное стремление улучшить собственное положение, поднявшись в иерархии (хотя самое разумное было бы скинуть этих хулиганов, чтобы они не устанавливали свои правила), а потом войдет в привычку, особенно у следующих поколений, и сменится безотчетным страхом при намеке на угрозу потерять свой статус.

Появился тиран-самодур. Законы не то что не действуют, но могут быть в любой момент им изменены. Изменения производятся не постепенно, а резко, так что даже если на лучшее были нацелены, приспособиться к ним не все могут. Жизнь из комфортной и предсказуемой с небольшими улучшениями – становится нервной, тревожной, беспокойной. «А соответствую ли я новой норме? Которой из трех? А если не соответствую, то что будет? Пока, вроде, никого не трогали, но ведь в любой момент могут начать. С предыдущей большой реформой так и было». 

Такого человека привычки больше не подкрепляют, а становятся его врагом – их требуется ломать и переделывать. И может быть, отчасти он успел освоиться с новой нормой, но тут же принимается новый декрет. Конечно, такой человек в своей полноценности уверен быть не может.

Ну, и конечно, война. Особенно если это война конкурентная, где объявлено, что она на уничтожение. Здесь, говорят, и второй-третий рискуют, а десятого так и вовсе сметут – не заметят. И постоянно живущему на войне человеку где найти покой и где чувствовать себя полноценным, будучи десятым или сотым? Едва заметив собственное отставание на уровень хотя бы второго места, конечно же, он будет чувствовать огромную тревогу.

Таким образом, как и всякий невроз, условный «невроз советского человека» не является виной носителя. Эти люди не имели другого выбора, и кроме вреда, как всякий невроз, этот приносил им еще и пользу. Другое дело, что, опять-таки, как всякий невроз, польза была ситуативной и нерациональной, то есть не отслеживаемой, неконтролируемой, а значит, и неоцениваемой – окупает ли заработанный этим неврозом выигрыш понесенные затраты.

После такого моего текста, оправдывающего «невроз советского человека», может появиться резонный вопрос, не пишу ли я про спокойно относящихся к 15-му месту хоббитов или Чехию. И соответственно, совместимо ли подобное с российской реальностью? И желательно ли? Потому что можно, конечно, назвать комплексом неполноценности, но можно-то и жаждой лидерства. И изобразить положительной чертой.

Думаю, хорошая тема для «поразмышлять» в следующих публикациях.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic