aletheiaagathon

Categories:

Зачем и счастье, и жизнь, и здоровье, и многое другое я считаю в баллах

Я люблю теорию, согласно которой человеческий мозг имеет три уровня, соответствующие его развитию во времени: рептильный мозг, имеющийся у всех животных, начиная с ящериц; мозг млекопитающего (лимбическая система), роднящая нас, соответственно, с кошками, собаками и другими; неокортекс, самый молодой, имеющийся только у человека. Люблю эту теорию, несмотря на то, что понятия не имею, насколько она обоснованна.

А люблю потому, что она соответствует делению, издавна предлагавшемуся христианством, а до него некоторыми философами. В том варианте всего лишь привычные нам названия звучат по-другому: тело, душа и дух. А отвечают за те же самые функции: рептильный (тело) за еду, сон, размножение, самосохранение; мозг млекопитающего (душа) за взаимоотношения с другими людьми; а неокортекс (дух) за речь, математику и видение будущего.

Прибавим, что я среди тех, кто считает и математику языком. И оговорим, что будущее без сопутствующих слов для его обозначения ничем не отличается от настоящего. Таким образом, я легко сужаю характеристику неокортекса до: отвечает за речь. И легко понимаю, почему в христианском учении области духа соответствует Божественное, если «Слово было Бог».

Поэтому я считаю, что я человек настолько, насколько могу говорить. Если я только чувствую, я могу быть «душевным», но еще не человеком, - и любовь, и злость братья наши меньшие тоже проявляют. А человеком становлюсь, когда могу выразить словом.

И здесь моего владения русским языком недостаточно, чтобы выразить миллион градаций счастья. Десятка два, три, может быть, сотню или тысячу я подберу («очень счастлив», «не очень», «счастлив, как в 5 утра на рассвете», и так далее). А вот математический (арифметический) язык на помощь придет всегда и даст хоть миллион, хоть миллиард, хоть большее количество. А перевести счастье на математический язык не сложнее, чем оценить, знает ли ребенок предмет на «пятерку» или «пятерку с минусом». Хотя и может потребовать практики.

Добавим к этому, что размышлять на языке арифметики я больше привык. И, рассуждая на русском языке, я сталкиваюсь с трудностями, пытаясь определить, выбрать ли радость от прогулки или работу на перспективу в бассейне. А на языке математики мне достаточно выбрать общее для обоих понятий и перевести в баллы, чтобы получить собственное вербализованное (а не «интуитивное» и не «по ощущениям») решение.

Таким образом, хотя некоторых незнакомых людей удивляет, когда я меряю солнечное небо в баллах, я делаю это. Поскольку я считаю, что именно в силу этого я человек (способен говорить) и могу человечески мыслить (словами), а следовательно, и человечески поступать – делать то, что я решил.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic