aletheiaagathon

Category:

О «Последнем герое», часть вторая, атеистическая

На первый взгляд может показаться, что «цинический» взгляд это одновременно и «атеистический», и к чему их выделять особо? Однако разница есть.

Если цинический взгляд говорит о человеке только как о животном, то атеистический касается большого пласта человеческой культуры. Здесь будут и некоторые древние, отрицавшие не только Бога, но и богов; будут и некоторые коммунисты, и, может быть, даже Бенджамин Франклин (в Автобиографии он упоминал о своем атеизме). То есть атеистический паттерн уже подразумевает разговор о людях как людях, а не обезьянах. Хотя и намеренно исключает «гипотезу Бога» из своего рассмотрения.

Эта часть для интерпретации самая легкая.

В этом контексте «герой» это выдающаяся личность. Тот, кто способен совершить подвиг. Тот, кто желает иного, нежели «обычные» люди. Тот, кто стремится к чему-то великому.

А то, что он «последний», так, видимо, или всех остальных уже истребили драконы, или «измельчали люди».

Вся песня об этом. На такое понимание играет и текст, и сама музыка – очень динамичная, зовущая, с четким ритмом.

«Цель далека» - эта строчка говорит о том, что цель у героя есть. А то, что она «далека», говорит о масштабе его личности – его способности смотреть на большие расстояния и его вере в себя, если он ставит себе именно такую далекую цель и считает, что может ее достичь. 

«Ночь коротка» - видимо, только ночь является временем отдыха для него. Хотя, как узнаем позднее, даже не вся ночь. «Ночью так часто хочется пить». Он выходит на кухню, но вода кажется ему горькой. Это очень деятельный и активный герой. Он не хочет и минуты промедления, он весь в своей жажде цели. И поэтому припев «Доброе утро, последний герой!» радостный – он означает, что ночь прошла, и можно действовать.

Насколько первый куплет полон жажды деятельности и невыносимости покоя, настолько же второй и обескураживает.

Герой в силу своих перечисленных особенностей (например, масштабности мышления, позволяющей ставить далекие цели, и готовности ради нее действовать) отличается от своего окружения. 

Это отличие достаточно сильно, чтобы он «хотел быть один». Ведь «лучше будь один, чем вместе с кем попало». И сначала это его желание «быстро прошло», а потом он даже и «не смог быть один». То ли для достижения цели ему нужны какие-то сподвижники, то ли это отражение его коллективистской натуры, которой чужд подвиг отшельничества. Поэтому только ради того, чтобы не быть одному, он все-таки сдается своему окружению из «обычных» людей и бессильно-бесплодно «встречает рассвет за игрой в дурака».

Как первый куплет посвящен описанию трудности и невыносимости ожидания, так во втором куплете герой обнаруживает ограниченность своих сил и неспособность быть полностью вовне коллектива. Смиряется с необходимостью соответствовать окружению, даже если это обойдется в цену отказа от деятельности.

Вновь, как и в первый раз, припев дарит надежду. «За игрой в дурака» он всего лишь встретил рассвет. А с добрым утром к нему пришло нечто новое, включая понимание или надежду, что такие, как он, есть. Поскольку это доброе утро для него и «таких, как он».

В третьем куплете нам рассказывают, как герой, наконец, получил возможность уйти. Обе первые строчки исключительно динамичны. Буквально можно сказать, описывается, что герой «вылетает, как ядро из пушки». Уже третьей строчкой нам показывают, однако, что вылетает он вовсе не в счастье – «он идет туда, куда не хочет идти». То ли потому, что он не хочет этих трудностей, которые ему предстоят, то ли потому, что его «там никто не ждет». 

То есть в куплетах нам рисуют эмоционально-волевой портрет героя, показывают его стремления и трудности, особенно акцентируя внимание на его затруднениях инородности и одиночества. Как и положено в литературном произведении, герой и наше представлении о нем раскрывается через то, как он себя ведет, как реагирует на угрожающие ему опасности, насколько настойчив в достижении цели, насколько велики задачи, которые он решает. Поэтому куплеты – о желании, стремлении, трудностях, неудачах и все же продолжающемся пути вперед. А вот припевы – дарят надежду.

Каждое «доброе утро» означает сигнал к действию, радость того, что можно не ждать бесплодно там, где «горька вода», а идти. Пусть даже туда, куда не хочет, и с теми, кто не рад ему, а он им. Каждое «доброе утро» говорит нам, что герой еще не сдался. Что те сложности, от которых «немела рука», его не сломили. И, конечно, каждый припев после трудностей куплета дарит надежду самому герою: хотя он и «последний», но все-таки это «доброе утро» для таких, как он, а не для него одного. 

И потому хотя по описаниям куплетов можно понять, как труден путь героя (и как далека цель), но, когда завершается песня припевом, мы понимаем, что он продолжает свое движение. Что нам описали не весь его жизненный путь (который в этом случае мог бы оказаться бесплоден), а лишь единственный его фрагмент. И значит, надежду дают и нам. Мы, уже проникнувшись симпатией к этому последнему герою, или даже увидев в нем себя, можем сопереживать ему и «болеть» за него, надеясь, что он добьется успеха. И пусть «цель далека», но дорогу осилит идущий. А он все-таки каждое утро идет, даже когда не хочет и куда не хочет.

Таким образом, после этого описания-интерпретации мы можем не только заметить, что «циническая» отличается от «атеистической», но даже и отметить, чем именно.

Если в цинической герой всего лишь был результатом действия инстинктов и сам не понимал, что происходит, что делает и почему, то в атеистической он уже полноценный субъект и творец своей жизни и своего пути. 

Если в цинической все слова были только «рационализациями» подспудных и непонимаемых биологических процессов и инстинктов, то в атеистической герой уже обладает сознанием и смыслом.

Этот текст вновь оказался длинным, поэтому описание материалистической и христианской интерпретации переношу в следующие части.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic